Каждый год в субботу перед 22 апреля по всей стране проводились ленинские субботники, в честь годовщины вождя.
Надо сказать, что довольно удачно Ленин родился: после зимы на субботниках много мусора убиралось, листву прошлогоднюю сгребали, белили-красили, а если снег ещё не сошёл – то снег раскидывали, чтоб растаял быстрее. В общем, чистоту наводили и порядок.

Белить или не белить деревья – это сейчас предмет постоянной дискуссии, раньше это было принято. Мне, например, нравилось: получалось нарядненько, идёшь после субботника по почищенным улицам – и сразу видно красоту и результат труда. Хотя у каждого свой вкус: кто-то любит арбуз, а кто-то – свиной хрящик.

У нас в районе шахта была, вдоль дороги к которой тополиная аллея посажена. Утром в день субботника директор вызывает к себе заместителя по хозчасти, Ивана, скажем, Петровича. Фамилия у него была подходящая для снабженца и хозяйственника. С другой фамилией на таком месте не задержишься, потому что всё приходилось доставать и выбивать. Хоть краску, хоть гвозди, да хоть что.

Ну так вот, директор говорит своему незаменимому заместителю:
— Я поеду в райком, на штаб по субботнику. А ты пока тут организуй тополя вдоль дороги побелить.
Зампохоз же имел всего один недостаток – был туговат на ухо, но вида старался не подавать. И потому понял, как услышал. Хоть и подивился, но решил уточнить:
— Так-то понятно, конечно, а как, на какую высоту?
Директор ему уже из своей служебной чёрной «Волги»:
— Ну, как-как... вот на мой рост, примерно.
И уехал.

Собрал зампохоз мужиков, довёл директорское указание. Мужики, понятное дело, к обсуждению приказов вообще не склонны. Но матерились при работе больше обычного. Потому что пилить тополя на высоте директорского роста уж очень несподручно.
— Петрович, ну давай мы их под корень выпластаем, неудобно же пилить, высоко!
— Нет, директор сказал – на его рост!
Короче, когда директор из райкома вернулся, зампохоз с мужиками семь тополей уже обкромсали.

Увидели «Волгу», остановились, ждут комплиментов. А директор из машины так выскочил, что Петрович сперва подумал, что штаб в райкоме не задался.
— Ты что за лесоповал тут устроил?!
— Так вы ж сами сказали... попилить... на ваш рост...
— Да не попилить, а побелить, пень глухой! Что мне теперь, как объясняться?
Тут секретарь парткома вмешался. Идею светлую, как всегда, озвучивает:
— Давайте мы тут наглядную агитацию разместим, из металла. «Слава КПСС!»
— Так у нас «Слава КПСС!» вон на здании уже висит. Нет, райком против будет.
Тогда и зампохоз начал оживать:
— Можно тогда «Слава коммунистическому труду!» установить…
— Ну ты даёшь, — директор говорит, — тогда ещё штук десять деревьев снести придётся! Пилите, мужики, вровень с землёй, сделаем «Слава труду!».
На том и порешили.