ЛЕС ПРОСТО ТАК ЛЮДЕЙ НЕ ВЫДАЁТ
Пока одни спят, собираются на работу или листают новости в телефоне, десятки незнакомых друг другу людей прочесывают леса и болота ради сообщения: «Найден. Жив». Среди них – Анастасия Рязанова.
Еще несколько лет назад она и представить не могла, что будет ночами ходить по лесу в поисках людей. Все изменилось после исчезновения близкой подруги.
«У каждого человека своя история, почему он приходит в отряд. Свои мотивы, почему начинает помогать. Кто-то находит в отряде общение, кто-то – реализацию. Многие задаются вопросом «зачем мне жить», и отряд «ЛизаАлерт» дает на это ответ».
На телефон приходит сообщение: «Пропал дедушка. Нужны добровольцы».
Я не думаю ни секунды и начинаю быстро собираться. Главное – ничего не забыть. Сразу вспоминаю ситуацию, когда шла по лесу и думала: «Господи, я сейчас умру от жажды». Проверяю воду – на месте.
Рюкзак собран, можно выдвигаться на поиск.
===
Лес возле деревни Боброво. Штаб. Мы получаем новые задачи. Краем уха слышу, как новенькая с позывным «Каприза» звонит дочери и говорит, чтобы она ложилась спать и сегодня не ждала маму.
Как и другие, «Каприза» приедет домой уже завтра – уставшая, грязная и искусанная комарами, а потом через два часа с красными глазами пойдет на работу.
Я в отпуске, поэтому беру на себя тяжелые задачи. С момента пропажи дедушки пошли уже третьи сутки.
Поиск продолжается.
Еще лето, но ночью уже темно. Свечу фонариком в лес и пытаюсь найти хоть какой-то артефакт: следы пропавшего, замятую траву, шляпу, хоть что-то.
На корзинку с грибами я даже не надеюсь. Знаю по опыту, что потеряшки бродят с этими грибами бесконечно, потому что грибы – это самое ценное, что у них есть. Если мы найдем корзинку, это будет значить, что дедушка уже в таком… серьезном состоянии.
Отключаю голову. Стараюсь не думать ни о чем плохом, потому что знаю, что моя тревожность потерявшемуся не поможет. Пытаюсь быть максимально внимательной. Мою задачу никто второй раз выполнять не будет.
Я опытный турист, часто хожу в походы, но даже для меня местность оказалась сложной: болота, множество луж и полноводных ручьев, хотя днем стоит жара.
Старичок уже третью ночь проводит в лесу. Самая большая опасность – это не дикие звери, а переохлаждение. Как бы не было тепло днем, ночью все равно холодно. На этот случай в моем рюкзаке лежит спас одеяло.
Я веду лучом фонарика по земле и наконец-то вижу: отпечатки обуви и рядом – характерные отметины от палки. Сразу сообщаю в рацию: «есть след».
Уже четыре часа утра, становится совсем прохладно. Я люблю ходить ногами по лесу, но делаю это уже третью ночь подряд – от этого очень тяжело. Завершаю задачу и иду на отдых.
Но поиск продолжается.
===
Впервые о поисках я задумалась три года назад.
2022 год, лето. Я возвращаюсь с трехдневного похода. Выхожу на связь и сразу звонит мама:
– Ты не знаешь, где может быть Катя?
Захожу в интернет и вижу на неё ориентировку. И ещё на двух ребят. С момента пропажи прошло уже более двух суток. Были организованы поиски.
Подключилось очень много людей. Все были готовы выехать. Меня это сильно потрясло тогда. У ребят случилась беда, и откуда-то взялось много людей, машин, которые были готовы идти на поиск.
Позже я узнала, что они поехали в глубинку Мезенского района с этнографической экспедицией. На всём их пути не было связи. Ехали они на легковой машине по зимнику, там и застряли.
У них были контрольные точки созвона. На какую-то точку они не вышли. Их потеряли родственники, они сразу забили тревогу. Не стали дожидаться условных трех дней, и это правильно.
Всех троих нашли. Живыми. Помощь волонтеров из Архангельска даже не потребовалась.
Катя признает, что они были не подготовлены. По личному опыту знаю, что все потеряшки халатно относятся к своей безопасности, потому что теряться не планируют.
После всей этой ситуации я сходила в областную службу спасения на курсы волонтеров по поиску в лесу. Там я поняла – это мое.
На поисках я познакомилась с «ЛизойАлерт».
Тогда, с подругой, было ощущение пустоты. Я не понимала, что делать. В школе учат, как переходить дорогу или что делать в случае пожара. Но совершенно не учат, что делать, если вдруг пропал человек. Куда нужно обращаться? Когда нужно обращаться?
Теперь я знаю.
===
Поиск продолжается четвертый день.
Служба спасения им И.А. Поливаного, кинологи «Следопыт», волонтеры отрядов «ЛизаАлерт», «Север» и «Искра» сменяют друг друга.
У нас есть правило: мы относимся к людям, которые еще не найдены, как к живым. Всегда. Только так мы можем относится к поиску со всей ответственностью.
Во время поиска выключается Настя, которая есть в обычной жизни, и включается другой человек, который нацелен помочь потерявшемуся вернуться домой. Лес просто так людей не выдает, поэтому, чтобы найти человека, нужно отдать как можно больше себя и своих сил.
Я снова иду по лесу. Дедушка глухой, но мы все равно кричим. Оглядываюсь, прислушиваюсь. Тишина. Опять отключаю голову и напоминаю себе, что надежда все равно есть.
В этот момент в тревожный чат приходит сообщение:
«Найден. Жив».
Маргарита Фёдорова
Пока одни спят, собираются на работу или листают новости в телефоне, десятки незнакомых друг другу людей прочесывают леса и болота ради сообщения: «Найден. Жив». Среди них – Анастасия Рязанова.
Еще несколько лет назад она и представить не могла, что будет ночами ходить по лесу в поисках людей. Все изменилось после исчезновения близкой подруги.
«У каждого человека своя история, почему он приходит в отряд. Свои мотивы, почему начинает помогать. Кто-то находит в отряде общение, кто-то – реализацию. Многие задаются вопросом «зачем мне жить», и отряд «ЛизаАлерт» дает на это ответ».
На телефон приходит сообщение: «Пропал дедушка. Нужны добровольцы».
Я не думаю ни секунды и начинаю быстро собираться. Главное – ничего не забыть. Сразу вспоминаю ситуацию, когда шла по лесу и думала: «Господи, я сейчас умру от жажды». Проверяю воду – на месте.
Рюкзак собран, можно выдвигаться на поиск.
===
Лес возле деревни Боброво. Штаб. Мы получаем новые задачи. Краем уха слышу, как новенькая с позывным «Каприза» звонит дочери и говорит, чтобы она ложилась спать и сегодня не ждала маму.
Как и другие, «Каприза» приедет домой уже завтра – уставшая, грязная и искусанная комарами, а потом через два часа с красными глазами пойдет на работу.
Я в отпуске, поэтому беру на себя тяжелые задачи. С момента пропажи дедушки пошли уже третьи сутки.
Поиск продолжается.
Еще лето, но ночью уже темно. Свечу фонариком в лес и пытаюсь найти хоть какой-то артефакт: следы пропавшего, замятую траву, шляпу, хоть что-то.
На корзинку с грибами я даже не надеюсь. Знаю по опыту, что потеряшки бродят с этими грибами бесконечно, потому что грибы – это самое ценное, что у них есть. Если мы найдем корзинку, это будет значить, что дедушка уже в таком… серьезном состоянии.
Отключаю голову. Стараюсь не думать ни о чем плохом, потому что знаю, что моя тревожность потерявшемуся не поможет. Пытаюсь быть максимально внимательной. Мою задачу никто второй раз выполнять не будет.
Я опытный турист, часто хожу в походы, но даже для меня местность оказалась сложной: болота, множество луж и полноводных ручьев, хотя днем стоит жара.
Старичок уже третью ночь проводит в лесу. Самая большая опасность – это не дикие звери, а переохлаждение. Как бы не было тепло днем, ночью все равно холодно. На этот случай в моем рюкзаке лежит спас одеяло.
Я веду лучом фонарика по земле и наконец-то вижу: отпечатки обуви и рядом – характерные отметины от палки. Сразу сообщаю в рацию: «есть след».
Уже четыре часа утра, становится совсем прохладно. Я люблю ходить ногами по лесу, но делаю это уже третью ночь подряд – от этого очень тяжело. Завершаю задачу и иду на отдых.
Но поиск продолжается.
===
Впервые о поисках я задумалась три года назад.
2022 год, лето. Я возвращаюсь с трехдневного похода. Выхожу на связь и сразу звонит мама:
– Ты не знаешь, где может быть Катя?
Захожу в интернет и вижу на неё ориентировку. И ещё на двух ребят. С момента пропажи прошло уже более двух суток. Были организованы поиски.
Подключилось очень много людей. Все были готовы выехать. Меня это сильно потрясло тогда. У ребят случилась беда, и откуда-то взялось много людей, машин, которые были готовы идти на поиск.
Позже я узнала, что они поехали в глубинку Мезенского района с этнографической экспедицией. На всём их пути не было связи. Ехали они на легковой машине по зимнику, там и застряли.
У них были контрольные точки созвона. На какую-то точку они не вышли. Их потеряли родственники, они сразу забили тревогу. Не стали дожидаться условных трех дней, и это правильно.
Всех троих нашли. Живыми. Помощь волонтеров из Архангельска даже не потребовалась.
Катя признает, что они были не подготовлены. По личному опыту знаю, что все потеряшки халатно относятся к своей безопасности, потому что теряться не планируют.
После всей этой ситуации я сходила в областную службу спасения на курсы волонтеров по поиску в лесу. Там я поняла – это мое.
На поисках я познакомилась с «ЛизойАлерт».
Тогда, с подругой, было ощущение пустоты. Я не понимала, что делать. В школе учат, как переходить дорогу или что делать в случае пожара. Но совершенно не учат, что делать, если вдруг пропал человек. Куда нужно обращаться? Когда нужно обращаться?
Теперь я знаю.
===
Поиск продолжается четвертый день.
Служба спасения им И.А. Поливаного, кинологи «Следопыт», волонтеры отрядов «ЛизаАлерт», «Север» и «Искра» сменяют друг друга.
У нас есть правило: мы относимся к людям, которые еще не найдены, как к живым. Всегда. Только так мы можем относится к поиску со всей ответственностью.
Во время поиска выключается Настя, которая есть в обычной жизни, и включается другой человек, который нацелен помочь потерявшемуся вернуться домой. Лес просто так людей не выдает, поэтому, чтобы найти человека, нужно отдать как можно больше себя и своих сил.
Я снова иду по лесу. Дедушка глухой, но мы все равно кричим. Оглядываюсь, прислушиваюсь. Тишина. Опять отключаю голову и напоминаю себе, что надежда все равно есть.
В этот момент в тревожный чат приходит сообщение:
«Найден. Жив».
Маргарита Фёдорова